8 (800) 700-54-34

Основной закон, которому не подчинялся никто

6 февраля 2014

В этот день — 6 февраля 1626 — года Людовик XIII подписал эдикт о запрещении во Франции дуэлей. А спустя два дня, правда по прошествии еще двух столетий и одиннадцати лет, то есть 8 февраля 1837 года, на дуэль с Дантесом отправился Александр Сергеевич Пушкин. И теперь горький день 10 февраля каждого года – день смерти Пушкина — для всех для нас стал днем памяти великого поэта. Но это было потом. А в те славные времена отец Д’Артаньяна бодро наставлял будущего главного героя всей детворы мира: «Вступайте в бой по любому поводу. Деритесь на дуэли, тем более что дуэли воспрещены и, следовательно, нужно быть мужественным вдвойне, чтобы драться».

Основной закон, которому не подчинялся никто

Дуэли во Франции 16-17 веков – были частым и почти обычным явлением. В обстановке размывания сословных границ и смены ценностных ориентиров общества функция дуэли, ее значение для дворянства —  это способ самоутверждения, защиты репутации, сведения счетов, средство обратить на себя внимание из карьерных соображений, а также вид спорта, игра и мода. Это популярный в среде дворянской молодежи стиль жизни и поведения. Реальные основания дуэли при этом могли варьироваться от таких серьезных поводов, как месть за убитых друзей или родственников, до элементарной мелкой ссоры из-за неосторожного слова или даже жеста собеседника. И в случае смертельной обиды, и в случае ссоры из-за пустяка дуэль велась с одинаковым ожесточением, и смертельный исход являлся скорее нормой, чем редким исключением.

Дуэль веками была не только способом защиты чести и достоинства дворян, но иногда под звоном шпаг скрывались экономические и политические интересы. Впрочем, еще отец Людовика XIII — великий король Генрих IV, как минимум, дважды выпускал подобные эдикты, а после и регентша Мария Медичи делала то же. Первый министр Франции герцог Ришелье составил новый документ, запрещающий дуэли. Благодаря энергичным действиям Ришелье, эдикт, подписанный Людовиком XIII 6 февраля 1626 года, на этот раз был более результативным. Убеждая короля, что поединки дворян обескровливают государство и лишают армию лучших ее солдат, премьер-министр преследовал цель укротить вольность французской аристократии.

Но дворян было не обуздать. Они были согласны на любые репрессии, любые опалы, конфискации и даже на плаху, лишь бы им оставили право на Честь. Потому что «душу — Богу, руку — королю, сердце — даме, а честь — никому». Ришелье же строил вертикаль власти и был против этого принципиального пункта. Кардинально этот эдикт ничего не исправил, хотя положение улучшил: в среднем, дуэлей в Париже стало происходить в год не 850, а 300. То есть, рубились все-таки почти каждый день. Общественное мнение оставалось на стороне дуэлянтов, которым симпатизировали и сильные мира сего: король, как мы помним — мушкетерам, а кардинал — гвардейцам. Победителю дуэли нужно было лишь скрыться с места происшествия и спрятаться на пару недель.

Кардинал обещал казни, но за 50 лет было казнено только трое, из которых один ухитрился принять участие в 127 дуэлях, отправив на тот свет не менее 40 соперников и покалечив вдвое больше.

Покончить с дуэлями смог только король-Солнце Людовик XIV, и сделал он это безо всяких репрессий — участники дуэлей безжалостно изгонялись от Двора, что было гораздо страшней и унизительней, чем Бастилия или плаха на Гревской площади.

Однако затишье это, как и любое другое затишье, оказалось временным. После смерти Людовика XIV дуэльная «чума» возобновилась и продолжалась с прежней же яростью. Захватила она и Россию, и унесла жизни многих гениальных людей.

Возможность обращения дворян в случае оскорбления чести в обычный суд осложнялась по целому ряду причин.

Во-первых, это означало, что благородные дворяне или военные должны в вопросе чести подчиниться мнению судей — лиц, профессионально не связанных с оружием, зачастую неблагородного происхождения, т.е. тех, кто «не обладает честью». А как могут судить о чести те, кто не знает ее и отказывается признавать неписаные законы дворянского кодекса чести? Дворяне считали лиц неблагородного происхождения неправомочными разбирать дела чести.

Во-вторых, это означало публичную огласку тех обстоятельств дела, которые могли скомпрометировать участников или третьих лиц, что также было недопустимо.

В-третьих, этому препятствовал сам характер судопроизводства: на мнение судей можно было повлиять через могущественных покровителей, друзей или родственников, так что исход судебного процесса мог быть столь же несправедлив, как и результат поединка. Кроме того, судебный процесс требовал немалых средств на оплату услуг адвокатов, щедрые подарки и взятки судьям и свидетелям. Это общеизвестное обстоятельство было едва ли не решающим для дуэлянтов: многие предпочитали пролить собственную кровь, чем заплатить деньги. В этом случае дворянин должен был надеяться только на себя и свою шпагу.

В качестве эпилога остается сообщить следующее:

Убийца Пушкина — Жорж Шарль Дантес умер 2 ноября 1895 года в семейном имении Сульц (Эльзас-Лотарингия), в возрасте 83 лет, окруженный детьми, внуками и правнуками. Был похоронен там же. Согласно сохранившимся свидетельствам современников, Дантес и впрямь до конца не понимал, кого он убил, и был даже удовлетворен последствиями поединка.

Материал подготовлен пресс-службой ООО «Юридическая Фирма «Ваш Консультант» с использованием некоторых фактов из статьи В.Р. Новоселова «Королевский арбитраж в вопросах чести. Антидуэльное законодательство французских королей: бой с тенью», а также «Календаря событий» Calend.ru